—  «Ну, лекала там, размеры» — так обычно думают. А что на деле?

На деле — это профессия, совмещающая творческий и инженерный подход. Нужно быть художником и чертёжником в одном лице.

— Как вы вообще пришли в это?

— С детства был интерес к швейному делу и геометрии. Особенно к объёмным фигурам — кубам, конусам, цилиндрам. Если разложить человеческую фигуру на простые геометрические формы, это они и будут. В школе учились делать развёртки этих фигур, в университете — развёртку манекена.

А ещё — белый потолок в комнате перед сном.

Я мысленно чертила на нём выкройки. Это были 80-е, Советский Союз. Того, что продавалось в магазинах, мне было мало. Выкройки превращались в наряды — не похожие на то немногое, что тогда было.

— А если попросить объяснить пятилетнему — что скажете?

— Я делаю выкройки, по которым любой человек может сшить себе красивую одежду. Выкройки нужны, чтобы правильно разрезать ткань на отдельные части и потом быстро и легко сшить из них новые наряды.

— Какой самый частый запрос от брендов сейчас?

— За 30 лет я не встретила двух одинаковых дизайнеров. Все творческие люди очень разные. В этом — особая прелесть моей работы.

Мне кажется, для этого новые бренды и создаются — чтобы выделиться, отстроиться от конкурентов, выразить свои невысказанные чувства и мысли через одежду, оставить свой след.

—  «Свободнее на два размера» — этого недостаточно?

— Оверсайз — это система пропорций. И важный нюанс: где-то в изделии должно быть видно, что вещь предназначена для человека конкретного размера. Горловина или манжета — впору. Даже если плечо спущено. Красота — определяющий фактор. Оверсайз красив, если правильно выверены пропорции и подобрана ткань.

— Как определить глубину спущенного плеча? Формула есть?

В университете (СПбГУТД, 1996) были формулы. Сейчас — опыт и интуиция. Слушаю клиента: философия, образы, интересы. Дальше — макеты, примерки, правки. Результат — уникальное изделие.

— Как понять, что оверсайз удался?

— Линии должны быть упругие, как виноградная лоза, как лепнина в Эрмитаже. Глаз радуется — дыхание ровное. Тогда всё хорошо.
Второе — удобство. Просим поднять руки, наклониться, обнять себя, присесть. Затем — тестовый период: стирка, утюжка, отзывы нескольких людей. Только потом — градация лекал и партия.

— Самый сложный проект?

— Футболки и худи больших габаритов. Нестандартные прибавки, плотная ткань, сложности с балансом, плечевым швом, горловиной. Справились. Клиент шьёт серийно.

— Как вы подходите к созданию размерной сетки для оверсайза? С чего начинаете?

— Мы живём в России. В нашей стране разработаны ГОСТы — типовые размерные признаки. Я предпочитаю использовать в работе ГОСТы.
Другое дело — маркировка размера одежды. Здесь пока царит «творческий беспорядок».

Каждый бренд создаёт свою размерную сетку, свою таблицу соответствия параметров тела и маркировки.

Работая с разными брендами, мы проявляем гибкость и индивидуальный подход. Например, у одного клиента по результатам продаж выяснили, что спаренные размеры выкупают лучше, чем одиночные — меньше возвратов и товарных остатков. Перешли на спаренные.

Для оверсайза спаренные размеро-росты используют чаще всего.
Начинаем всегда одинаково: с изучения потребностей клиента, особенностей его ассортимента, опыта продаж и пожеланий конечного потребителя.

— Какие ошибки видите чаще всего? И какие стоят брендам больше всего денег?

— Самая большая ошибка — неверное представление о реальных сроках разработки новой модели и пошива партии.

Если коллекция поступила в продажу позже конкурентов — всё, она уже не актуальна. Её невозможно продать по нормальной цене и получить прибыль. Это путь в никуда с кассовыми разрывами».
Фраза «давайте-ка мы сейчас ворвёмся в лето (осень, Новый год)» может привести к очень большому разочарованию и потере интереса к швейному бизнесу в целом.

— Бывает, что дизайнер приносит референс: «хочу как тут», а вы смотрите и понимаете — на референсе одно, а ткань совсем другая. Как объясняете?

— Очень мягко и тактично объясняю, почему та или иная ткань не подходит. Обязательно даю рекомендацию, на что обратить внимание при выборе ткани к конкретному изделию, где можно поискать — вплоть до адресов складов.
Рекомендую сделать нарезку образцов, если есть возможность. Принести их к нам в офис — чтобы мы вместе посмотрели и выбрали наиболее подходящий вариант.

— Что вас бесит в работе с дизайнерами? А что радует?

Бесит, когда человек не хочет прислушиваться или вникать в нюансы своего же дела. «Я в этом ничего не понимаю и вникать, разбираться не хочу» — такое отношение к собственному бренду мне непонятно. К сожалению, с несколькими такими клиентами пришлось расстаться.

Радует, когда удаётся сделать по-настоящему красивую модель. Когда клиент доволен, и я вижу блеск в его глазах, и понимаю, что действительно всё получилось хорошо.

— Сколько образцов в среднем нужно, чтобы довести модель до ума? И почему новички часто думают, что достаточно одного?

— Количество образцов зависит от сложности модели, квалификации конструктора и того, насколько сам клиент понимает, чего хочет. Может получиться с первого раза, а может и вовсе не получиться.
Недавний случай: не смогли сделать лекала, несмотря на множество макетов. На мой взгляд, ткань была неподходящая для выбранного фасона. Клиент настаивал на своём. Работу завершили, аванс вернули.

Такое случается крайне редко. Но я не могу об этом не рассказать.

Новички часто думают, что достаточно одного образца — потому что их так научили на ускоренных курсах или они узнали об этом из интернета. На практике всё иначе. Это творческий процесс. Нужно спокойно относиться к возможным неудачам.

— Когда передаёте лекала на производство — что самое страшное может случиться? Как страхуетесь?

— Самое страшное — замена ткани без пошива образца. Там может случиться всё что угодно: от усадки до других свойств материала, когда результат совершенно непредсказуем. Или внесли изменения в лекала в последний момент, образец не прошили — и запустили партию. Убытки — миллионы.
Страховка одна: сшить образец и убедиться, что всё в порядке. Нельзя экономить на этом ни деньги, ни время.
В договоре у нас есть пункт: если заказчик идёт на такой риск, мы снимаем с себя ответственность за результат.

— Часто ли фабрики адаптируют лекала под себя? И когда это норма, а когда катастрофа?

— Бывает, но не часто. Норма — когда это делают для упрощения технологии и снижения себестоимости. Желательно, чтобы мне об этом сообщали — тогда я внесу соответствующие изменения в лекала и документацию.

Катастрофа — когда вмешиваются в основную конструкцию и не прошивают образец.

Внести изменения в лекала в программе — быстро, легко и зачастую бесплатно. А исправить брак или выбросить партию одежды — очень тяжело, долго и дорого.

— Где вы видите профессию конструктора через пять лет? Искусственный интеллект заменит или нет?

— Мне бы очень хотелось, чтобы развивались новые технологии в конструировании одежды. Я «за» научно-технический прогресс.
Есть не очень хорошие общемировые процессы, которые влияют на развитие отрасли. Может, вообще вернёмся к ручному построению карандашом на бумаге. Не хотелось бы, но кто знает. С нашим опытом мы готовы ко всему.

Что касается ИИ — не знаю. Может, и заменит. Но уже сейчас вижу тягу людей к «человечности». Её сильно не хватает. Того самого индивидуального подхода к дизайнерской мысли.

Сможет ли искусственный интеллект понять всю тонкость человеческой души? Поживём — увидим.

— Что вы любите в своей работе так, что готовы терпеть всё остальное?

Ничто не сравнится с созданием нового лекала для новой модели. Для меня это как рождение нового человека. Сначала больно, тяжело, долго. Зато потом радость от того, что новая красота пришла в мир, затмевает все негативные переживания. Остаётся только чувство глубокого удовлетворения и любовь.


— Хороший конструктор — это не тот, кто... а тот, кто...

Хороший конструктор — это не тот, кто знает формулу построения, а тот, кто видит красоту линии.

— Какой вопрос вы хотели бы услышать в этом интервью, но я его не задал?

— Кого вы хотите поблагодарить за всё, что у вас сейчас есть?
Отвечу сразу.

Я благодарю Бога — за способности и таланты, за любовь и помощь, которую ощущаю каждый день.
Благодарю родителей, родственников и друзей — за то, что поддерживали и развивали мой интерес к швейному делу.
Благодарю свою семью — мужа и сына. Они очень помогают, поддерживают во всех начинаниях, утешают в огорчениях и разделяют радость свершений.
Благодарю наставников, учителей и преподавателей — за переданные знания и опыт.
Благодарю руководство компаний, в которых начинала профессиональную деятельность — за опыт и навыки работы и коммуникации.
Благодарю всех своих клиентов — за доверие и за то, что позволили воплотить их идеи в жизнь.
Благодарю своих сотрудников и коллег — за неоценимую помощь в работе и достижение результатов, которыми я горжусь.
Я очень люблю их всех.

Мы благодарим Галину Николаевну, за откровенный разговор и 30 лет опыта, которыми она поделилась. За метафоры, которые останутся с нами («виноградная лоза», «лепнина Эрмитажа», «рождение нового человека»). И за честность — особенно там, где речь шла об ошибках и рисках.

Это интервью — часть серии материалов о людях, которые создают fashion-индустрию не громкими заголовками, а лекалами, вниманием к деталям и любовью к красоте линии.